Тюремный романс
|
Нет, милый друг,
Не свидеться нам -
Дверь мою холод сковал по углам.
И вырваться трудно, поверь мне, поверь мне...
И ты не являйся сегодня, мой друг!
Гостят у меня тишина и забвенье,
И в сердце от горьких предчувствий испуг.
Мы встретимся завтра… А может быть, позже,
Когда засверкает на листьях роса,
Когда засияет в окне день погожий
И солнце заглянет в глаза.
Придешь и развеешь ты тяжкие думы,
И дверь распахнется в разбуженный сад,
И будет мой голос веселым и юным,
И нежностью будет лучиться мой взгляд.
Нет, милый мой друг,
Не являйся теперь -
Холодом лютым закована дверь…
1952, Пер. с идиш Льва Фрухтмана
Лев Квитко (1890(*)-1952)
Биография
|
P.S.
Свою жизнь до революции Лев (а в то время Лейб) сравнивал с жизнью битой бродячей собаки. Революция дала ему - и сотням тысяч таких, как он, женщин и мужчин, шанс стать в новой стране теми, кем они никогда не стали бы в той, старой.
Они и стали - во всём спектре: от палачей новых уже застенков до вершителей судеб атомной и ракетной промышленности, от прожжёных бюрократов в системе строительства социализма до поэтов и диссидентов.
Льву Квитко выпала счастливая творческая жизнь: его стихи на украинский и русский языки переводили Павло Тычина, Максим Рыльский, Владимир Сосюра, Анна Ахматова, Самуил Маршак, Корней Чуковский, Михаил Светлов, Борис Слуцкий и многие другие достойные и известные люди.
Вместе с другими достойными (и известными) людьми Лев Квитко был расстрелян 12 августа 1952 года по знаменитому делу Еврейского антифашисткого комитета. Что понял он перед смертью? Какие стихи унёс он с собой в небытие?
(*) По рассказам, Квитко не знал точно года своего рождения и выбрал для себя 1890. Другими кандидатами были года 1895 и 1893.
|
|