Знаю я - малиновою ранью...
|
Знаю я - малиновою ранью
Лебеди плывут над Лебедянью,
А в Медыни золотится мёд,
Не скопа ли кружится в Скопине?
А в Серпейске ржавой смерти ждёт
Серп горбатый в дедовском овине.
Наливные яблоки висят
В полисадах тихой Обояни,
Город спит, но в утреннем сиянье
Чей-нибудь благоуханный сад.
И туман рябиновый во сне
Зыблется, дороги окружая,
Горечь можжевеловая мне
Жжёт глаза в заброшенном Можае,
На заре Звенигород звенит -
Будто пчёлы обновляют соты,
Всё поёт - деревья, камни, воды,
Облака и рёбра древних плит.
Ты проснулась. И лебяжий пух
Лепестком на брови соболиной,
Губы веют тёплою малиной,
Звоном утра околдован слух.
Белое окошко отвори!
От тебя, от ветра, от зари
Вздрогнут ветви яблони тяжёлой,
И росой омытые плоды
В грудь толкнут, чтоб засмеялась ты
И цвела у солнечной черты,
Босоногой, тёплой и веселой.
Я тебя не видел никогда...
В Темпикове тёмная вода
В омуте холодном ходит кругом;
Может быть, над омутом седым
Ты поёшь, а золотистый дым
В три столба встаёт над чистым лугом.
На Шехонь дорога пролегла,
Пыльная, кремнистая дорога.
Сторона веснянская светла.
И не ты ль по косогору шла
В час, когда, как молоко, бела
Медленная тихая Молога?
Кто же ты, что в жизнь мою вошла:
Горлица из древнего Орла?
Любушка из тихого Любима?
Не ответит, пролетая мимо,
Лебедь, будто белая стрела.
Или ты в Архангельской земле
Рождена, зовёшься Ангелиной,
Где морские волны с мёрзлой глиной
Осенью грызутся в звонкой мгле?
Зимний ветер и упруг и свеж,
По сугробам зашагали тени,
В инее серебряном олени,
А мороз всю ночь ломился в сени.
Льдинкою мизинца не обрежь,
Утром умываючись в Мезени!
На перилах синеватый лёд.
Слабая снежинка упадёт -
Таять на плече или реснице.
Посмотри! На севере туман,
Ветер, гром, как будто океан,
Небом, тундрой и тобою пьян,
Ринулся к бревенчатой светлице,
Я узнаю, где стоит твой дом!
Я люблю тебя как любят гром,
Яблоко, сосну в седом уборе.
Если я когда-нибудь умру,
Всё равно услышишь на ветру
Голос мой в серебряном просторе!
1940
Серге́й Ма́рков (1906-1979)
Биография
|
P.S.
Несомненный патриот своего народа, Сергей Марков - поэт, писатель, этнограф и прочее, и прочее - с большой вероятностью с пониманием встретил бы агрессию России против Украины.
Бывший член «Сибирской бригады» (за что получил свой первый срок), Марков, по некоторым сведениям, ещё раз арестовывался в 1936 году. Опасения следующего ареста по обвинению в русопятстве (!) через 10 лет обернулись неожиданным - личным(!) - заказом Сталина на написание «книги «Летопись Аляски», доказывающей право России и СССР на владение территориями Северной Америки (на основании исторических документов).» Что ж, адресат был правильным. Напомню, милионные потери, голод, разруха, но нет - русскому шовинисту (одно из определений русопята) в радость мечты о территории, которую можно попробовать прихватить...
Сергей Марков сделал много для фиксации памяти русского завоевания Сибири. Он писал стихи. Он неправедно пострадал. Поэтому его место тоже здесь, в этой антологии.
|
|