Ирония судьбы
|
Стало явью, не кошмаром:
Голод, холод испытал,
Ждал награды - и задаром -
В Александровский централ.
Был крещён жестоким боем,
Жил в окопах, знал суму…
От врагов из-под конвоя
Убежал к своим…в тюрьму.
Угодил от смерти к смерти,
Из-под петли - на расстрел.
Чудом в этой круговерти
До сих пор почти что цел;
Не пойму, где черпал силы,
Проходя дорогой той,
Что когда-то завершилась
Заполярной Воркутой?
Не устану удивляться,
Но не смею унывать:
Мне уже три раза двадцать,
Плюс «довесок» - двадцать пять.
Без Вергилия поэта
(Ни к чему загробный гид)
В пекле жизни несусветной
Я изведал все круги.
В мир иной открыты двери,
Там не жду ни бед, ни зол:
Ад - не Данте Алигьери -
Я в «земном раю» прошёл.
Александр Клейн (1921 – 2009)
Биография
|
P.S.
Как еврею стать заслуженным работником Республики Коми?
Если родиться в Киеве в семье врачей, потерять родителей, быть усыновлённым дядей-микробиологом (которого арестуют в 1938), поступить в Ленинградский театральный институт, пойти на фронт в 1941 и сразу попасть в окружение, пройти немецкие лагеря в Чудово, Любани, Гатчине, сбежать (с пятой попытки) из плена и - наконец-то попасть в свой родной СМЕРШ.
Ну, те не подвели. Сначала впаяли смертную казнь, но потом одумались - нечего попусту материал тратить - и загнали «ботаника» двадцати трёх лет в Воркуту: двадцать лет каторжных работ.
«Несмотря на тяжёлые условия жизни,» Рафаил (именно таково настоящее имя)
Клейн «не забывал о своем актёрском призвании, тянулся к искусству». В действительности, выживал: «Работая на шахтах № 26, 25, 4, участвовал в культурно-воспитательных мероприятиях, был библиотекарем в отдельном лагерном пункте, художественным руководителем клуба шахты № 4, актёром кукольного театра...» [1]
После реабилитации Клейн так и остался в Сибири, там же он состоялся и как поэт.
[1] Клейн Александр Соломонович
|
|
