№ 109011302134
| Да не отсохнет...[*] |
|---|
|
Иерусалим. Добавить что-то к восторгам и благоговениям знаменитых ли, или не слишком, а то и вовсе неизвестных нам людей, кто из благочестия, или же из любопытства посетил это средоточие мира – невозможно. Встреча с ним почти всегда потрясение (почти, так как ясно видел полное отсутствие блеска в глазах у некоторых членов нашей экскурсионной группы). Писать о ней серьёзно – слишком интимно. Поэтому – несерьёзно. Котель [**]. Надев взятую из «общественной» корзинки кипу, медленно пошёл к древней стене. Эти несколько десятков метров помню очень отчётливо. Ощущение замедления течения времени. То же солнце. Те же камни. И жутко раздражающее чувство, что ветер сдувает кипу только с меня... Слева и справа от меня молились профессионально. Было неловко, будто новичок из второй лиги вышел на поле финальной игры кубка чемпионов. Взялся руками за камни, прислонился к одному из них лбом... И начал говорить. Сначала медленно, стесняясь, потом – как прорвало. О чём? Не помню! Кроме двух фраз: «Когда же это всё кончится?» и «Суки ....». Уже на площади, пребывая в некоторой прострации, был остановлен толчком в лоб: это я наткнулся на выставленную ладонь «человека в чёрном». Вторая рука раввина легла на сердце. «Как зовут?»,- спросил он по-русски с акцентом (американским). Ответил. Ребе прочёл какую-то молитву. «Как зовут жену?»,- последовал второй вопрос. Ответил, и молитва была прочитана за неё. Так же поступили и с детьми. Полез в карман, достал 20 шекелей. Человек в чёрном лучезарно улыбнулся мне и сказал: «Сто шекелей! На синагогу!»... Перед вылазкой в Старый город нам рассказывали о карманниках с вековыми семейными традициями сего благородного ремесла. Так как испытывал некоторые финансовые проблемы, то решил не испытывать судьбу и взять с собой денег «в обрез». Ста шекелей у меня с собой просто не было. Достал последнюю двадцатку и со словами «у меня больше нет» протянул её раввину. Тот укоризненно покачал головой, деньги, впрочем, взял. «Хаббад?»,- спросил я. «Да»,- радостно подтвердил ребе. К чему я всё это? А к тому, что не отсохнет рука моя правая! Потому, как Иерусалим поминаю не менее трёх раз в сутки! Дело в том, что из столицы Израиля я привёз небольшое, но очень твёрдое (дерево и стекло) и красивое «благословление дому» - хит туристов. Гордо повесил его над входной дверью. Гордо, но низко... И в очередной раз ударяясь об него головой... «Мать городов Израильских!!!»,- вспоминаю я Священный город! Перевешивать не буду. 4.01.2009
Котель Маарави
|
|
[*] „Но как петь нам песнь Г–сподню на земле чужой? Если я забуду тебя, Иерусалим, пусть отсохнет моя правая рука“ (Псалом CXXXVII)
[**] Западная Стена Храма (Котель Маарави), у христиан – „Стена плача“ |